Галина проснулась в пять утра. Не потому, что надо было — потому что так делают успешные люди. Она прочитала это в блоге одной женщины, которая встаёт в четыре, медитирует, бежит марафон и к завтраку уже заключает три сделки.

Галина не заключила ни одной сделки. Она выпила кофе, посмотрела на себя в зеркало и подумала, что сорокалетние женщины выглядят лучше. Не все. Но та, с параллельной полосы, — точно.

Всю дорогу до работы она листала ленту. Подруга из Рима выложила закат. Одноклассница защитила докторскую. Соседка купила квартиру в центре. Галина почувствовала, как привычная тяжесть разливается под рёбрами — будто проглотила камень.

— Я отстаю, — сказала она вслух в пустой машине. — Я всю жизнь отстаю.

В офисе её ждала папка с отчётами. Коллега Марина, которая моложе на семь лет, уже сдала свой. Марина всегда сдаёт первой. Марина пьёт зелёные смузи и в декрете написала методичку. Галина посмотрела на свою кружку с надписью «Лучшая мама» (подарок сына) и почувствовала, что кружка врёт.

В обед она заперлась в подсобке и заплакала. Негромко, чтобы никто не услышал. Плакала о том, что не успевает. Что кто-то всегда быстрее, выше, успешнее. Что Галина — какая-то серая мышь на фоне этих сияющих людей из соцсетей, которые успевают жить, любить, зарабатывать и ещё что-то там.

Она не заметила, как вошёл уборщик дядя Витя. Он молча поставил ведро, посмотрел на неё, потом на мокрую тряпку в своих руках.

— Ты чего, Галя?

— Всё, Вить. Задолбалась. Не догоняю.

Он присел на корточки, достал из кармана засаленный платок.

— А кого догонять-то?

— Всех, — всхлипнула Галина. — Они быстрее.

Дядя Витя долго молчал. Потом выжал тряпку и сказал:

— Я вот полы мою тридцать лет. Раньше думал — вот Семёнов с третьего этажа лучше метёт, у него полоски ровнее. Я каждый день смотрел на его полоски и злился. А потом один раз коленку сломал, месяц дома сидел. И понял — если я встану и пройду до кухни и обратно, это уже хорошо. А если за день на два шага больше — это победа.

Галина подняла голову.

— Ты о чём, Вить?

— О том, что не надо быть лучше Семёнова. Надо быть лучше Галины, которая была вчера.

Он встал, тяжело опираясь на колено, взял ведро и вышел. Галина осталась сидеть на старом диване в подсобке, среди коробок с бумагами и прошлогодних календарей.

Вечером она не пошла в спортзал, как советуют все психологи из интернета. Она пришла домой, обняла сына и сказала ему, что любит его не за пятёрки. А потом села за стол и написала список. Не «100 целей на год», а одно предложение:

«Сегодня я не сравнивала себя с Мариной целых три часа — с 14:00 до 17:00».

Это было маленькое. Смешное даже. Но Галина почувствовала, как камень под рёбрами чуть-чуть уменьшился.

На следующий день она встала не в пять, а в семь. И не почувствовала себя лузершей. Потому что вчера она вставала в шесть тридцать? Нет. Вчера она вставала в пять и была разбитой. Сегодня в семь — выспавшейся. Это уже лучше.

«Необязательно быть лучше всех, — повторяла она про себя в пробке. — Достаточно быть лучше, чем вчера».

Месяц спустя Галина уволилась. Не потому, что Марина её достала. А потому что поняла: она никогда не хотела быть начальницей отдела. Она хотела быть хорошей Галиной. Для себя, для сына, для дяди Вити, который моет полы на третьем этаже и всё понимает про полоски.

Она открыла маленькую пекарню. Не успешную сразу, как у соседки из ленты. А такую — где можно ошибиться, где первый хлеб получился комом, а второй — чуть лучше.

И когда к ней в гости пришла Марина в идеальном пальто и сказала: «Ну как ты, Галя? Не жалеешь?» — Галина улыбнулась и ответила:

— Знаешь, вчера я не умела печь ржаной. А сегодня — умею. И это единственное сравнение, которое имеет смысл.

За окном её маленькой пекарни шёл снег. На витрине стояла кривая, но очень вкусная буханка. И Галина смотрела на неё и впервые за много лет не искала, с кем бы сравнить.

ღ Ольга Российская ღ